Истории людей, уехавших из Туркменистана

1531
04 декабря 2018 13:13

Издание «Медуза» опубликовало истории пяти людей, которые жили в Туркменистане о том, как живется в стране, где почти все под запретом.

Александр

32 года, живет в России

Я родился в столице Туркменистана, Ашхабаде, в 1986 году. Учился в обычной городской школе, фактически она была поделена по языковому признаку — в одной школе были и русские классы, и туркменские. В конце 1990-х туркменских детей запретили принимать в русские классы, но благодаря вездесущей коррупции можно было все. Когда я учился в седьмом классе, президент [Сапармурат Ниязов, он же Туркменбаши] решил провести эксперимент в школьном образовании. Началось впихивание материалов трех лет в два года, тут же подоспела «великая книга Рухнама», которая стала обязательной к обучению в школах. Сдача экзамена на знание «Рухнамы» также стала обязательной.

Фото: LiveJournal.

В холле школы, напротив входа, находился «алтарь» Туркменбаши. На фоне ткани зеленого цвета стоял позолоченный бюст президента, по обе стороны стояли флаги Туркменистана и искусственные цветы, на стене висел портрет Туркменбаши, а по сторонам от него — текст гимна, клятвы, флаг и герб страны. В каждом классе «набор патриота» повторялся — за исключением бюста. Также существовала «президентская парта», на которой была скатерть из той самой зеленой ткани. На ней лежало стекло, а на стекле — «Рухнама» и другие книги, написанные лично президентом.

После смерти Туркменбаши появилась надежда на перемены к лучшему. [Новый президент Туркмении Гурбангулы] Бердымухамедов на первых порах дал понять, что страну ждут грандиозные преобразования, но спустя некоторое время стало ясно, что ничего не изменится. Кроме простой замены памятников и портретов одного на памятники и портреты другого в стране началась смена элит. В число тех, кому предложили стать новой элитой, входили как предприниматели, так и наркоторговцы, контрабандисты и валютчики. Эту прослойку населения президент призвал к сотрудничеству, прежние элиты были разогнаны. Начались чистки в государственных структурах, но это делалось не с целью искоренить коррупцию и установить порядок в стране, а с целью расставить везде своих людей. Реформы привели лишь к тому, что взятки стали больше, а жители беднее.

В 2015 году в Туркмении начался серьезный кризис, цены начали расти сумасшедшими темпами, жилье в столице подешевело примерно на 70%. Люди в прямом смысле бегут из страны — в основном в Россию и Турцию. В стране дефицит продуктов, местами даже голод, связанный с низкими зарплатами и высокими ценами как на импортные товары, так и на произведенные внутри страны. В стране нет лекарств и продуктов, коррупция превратилась в обыденность. Те, кто по разным причинам не успел продать жилье до конца 2015 года за адекватные деньги, сейчас готовы отдать квартиры и дома за копейки — лишь бы уехать из страны.

Наталья

21 год (имя изменено, место жительства не сообщила)

Я родилась и выросла в Ашхабаде. Уехала, когда достигла совершеннолетия, поступив в вуз за границей. Училась в школе на русском, но немного говорила и по-туркменски — пока жила в стране. После отъезда быстро утратила эту способность, так как в семье по-туркменски не говорили.

Мои родственники живут по всей Туркмении. Чем дальше от столицы, тем меньше заметны перемены. Но я уверена, что просто взрослые не рассказывают мне обо всех сложностях, с которыми сталкиваются. Работают, пока есть работа. В Ашхабаде и других более или менее больших городах есть оттенок «прогресса», пусть и слегка фальшивый. В селах же это больше напоминает какое-то средневековье, несмотря на автомобили и электричество. Но при этом, как ни странно, мне все больше кажется, что в селах уровень комфорта выше. Людей дергают попросту меньше, не так, как в городах.

Голода как такового нет. По крайней мере, не было, когда я была на родине в последний раз год назад. И переезды в другие страны больше выглядят как попытки переждать бурю в безопасном месте, чем как бегство. Однако это не отменяет сам факт того, что когда спрашиваешь у человека, хочет ли он уехать отсюда, в 9 из 10 случаев ответом послужит короткое «да».

Николай

28 лет, живет в России (имя изменено)

Я родился в 1991 году в Ашхабаде, жил там и в пригородах, позже — в Туркменабаде, бывшем Чарджоу, это город на границе Туркменистана и Узбекистана. Когда произошла смена власти, я уже заканчивал школу. Когда я только начинал учиться, идеология уже проникала в школу — но не на таком диком уровне [как сейчас]. Постепенно это начало скатываться в какой-то ужас. Начиная с первого класса, нас в школе заставляли учить клятву и гимн. Клятву я до сих пор помню. Там слова такие: если я что-то скажу против президента, да отнимется язык мой. Каждый день нас заставляли это повторять перед школой на линейке. Всех выстраивали и заставляли петь.

Я жил на одном из центральных проспектов в Ашхабаде. Не тот центр, где дворцы из белого мрамора, просто один из старых районов, построенных в советское время. По улице постоянно проезжают кортежи чиновников. В это время всех людей, которые ходят по этой улице, загоняют в какие-то парки, дворы. В домах заставляют закрывать окна — обычная история.

Я застал самое начало кризиса [в Туркмении], когда начались проблемы с обменом валюты. До моего отъезда если нужно было поменять манаты на доллары, ты просто приходил в обменник и менял. Когда я приехал в 2015 году, начали вводить ограничения: нельзя менять больше тысячи долларов в месяц или вроде того, обязательно при обмене денег спрашивали паспорт и смотрели прописку.

Насколько я понимаю, сейчас фактически запрещен обмен денег, и люди меняют валюту на черном рынке. Из-за этого возникают огромные проблемы с тем, чтобы переслать деньги родственникам. Например, если я захочу прислать деньги своим родителям, я не смогу этого сделать. Официальный курс доллара сохраняется на уровне 3,5 маната, но реально это 18-20 манат. Если я посылаю тысячу долларов (условно) родителям через какую-нибудь систему денежных переводов, типа Western Union, они все будут сразу же конвертироваться в манаты по официальному курсу. Кроме того, фактической возможности пересылать деньги нет, потому что начинают требовать справки — о гражданстве, о доказательстве родства.

С интернетом все не очень. Например, блокируются мессенджеры. Для людей, которые живут за границей, это главный способ общения с родственниками. Сперва все пользовались «Скайпом», потом его заблокировали. Все перешли на [мессенджер] Line — скоро закрыли и его. Сейчас есть следующий, он пока работает. Я программист и немного понимаю, как это устроено — думаю, что его не блокируют либо потому, что он вообще не шифрует трафик, либо потому, что власти Туркменистана каким-то образом получили ключи шифрования.

В Туркменистане штрафуют людей за вывоз продуктов из Ашхабада в регионы

Тимофей

34 года, живет в России

До 2014 года в Туркмении было вполне неплохо. Была довольно высокая предпринимательская активность, очень многие сдавали квартиры в Ашхабаде, причем официально. Были большие поставки из Китая, везли «Самсунги», айфоны. В домах висели широкоэкранные телевизоры, был большой поток подержанных машин из Арабских Эмиратов, их ввозили за какие-то совершенно небольшие деньги. Плюс строительство велось по стране. И наша компания, и турецкие подрядчики — все что-то строили: дворцы, высотные здания, парки. Все кипело, бурлило. Народ даже не ездил в Россию на заработки. По нашим меркам все стоило очень дешево, уровень жизни был такой, что местные все могли себе позволить. Плюс граждане получали бесплатно сколько-то бензина, бесплатный газ, коммунальные услуги.

Потом, в 2014 году, совпало одновременно несколько обстоятельств. Упали цены на нефть и газ, поменялись курсы, обрушилось одновременно несколько валют, в том числе рубль, а у Туркмении большой товарообмен с Россией был. Договор с Туркменией расторг «Газпром», с иранцами они поссорились.

Но при этом еще в 2016 году, когда уже были сложности, еще не было таких проблем [как сейчас]. Там всего хватало. Торговля на рынках и в магазинах вполне нормально шла. Было много иранских товаров, пакистанских. Ситуация усугубилась еще и тем, что внутренний оборот в стране обеспечивал сравнительно небольшой контингент состоятельных людей — они создавали рабочие места и так далее. Но в 2016 году, когда гайки начали закручивать уже прилично, они все побросали и уехали. Кто в Россию, кто в другие азиатские республики. Они вывели очень большое количество денег — где-то две трети накоплений населения просто уехало с их обладателями.

Алексей

27 лет, живет в одной из стран Евросоюза (имя изменено)

Мне в какой-то мере повезло — появилась возможность уехать. У многих, живущих там, этой возможности нет. Ты живешь в богом забытой стране, не знаешь английского языка, чаще всего знаешь русский достаточно плохо, на уровне разговорной речи. Образование там никчемное. Нигде, ни в одной стране мира, ни в одном журнале страны вы никогда не прочтете статью известного туркменского химика, скажем.

В «черных списках» на выезд — не так много людей, но они есть. Некоторых должны были включить, но они успевали уехать. То есть там все так происходит — случилось какое-то событие, и начинается процесс. В принципе, даже когда я в 18 лет уезжал учиться, у меня очень сильно дрожали руки при подходе к таможне —- потому что в 18 лет наступает призывной возраст. И в принципе, тебе пограничник может сказать: ты не летишь никуда, и все, и ты ничего не сделаешь.

Туркменистанцы массово бегут из страны из-за дефицита продуктов

У нас есть такое выражение: «боланок». Дословно переводится — «нельзя». На любой вопрос, на любое возмущение чиновник, милиционер — неважно кто — тебе ответит просто: «Боланок». Мне очень повезло, что я могу смотреть на эту ситуацию со стороны. Находясь там, ты не понимаешь ничего. Ты принимаешь это как естественное. Наверное, так оно везде. И ты будешь жить как все, со взятками, не будешь знать, что происходит в мире — вообще ничего, потому что способов получить эту информацию о внешнем мире у тебя нет.

Там запрещено все: YouTube, Facebook, WhatsApp, Skype, Viber, «ВКонтакте». Блокировку Telegram в последнее время научились обходить. Там есть стикеры с нашим президентом! Это, конечно, бунт. Если он узнает, что в Telegram над ним могут насмехаться — самое мягкое и самое быстрое, что он сделает, это просто заблокирует Telegram и будет это делать до победного.

В последнее время поток людей оттуда увеличился просто до немыслимых размеров. Те, у кого есть российские паспорта, — они все уезжают в Россию. Остаются те, кто не может продать недвижимость. Они готовы продавать ее задешево, но проблема в том, что, скорее всего, ты продашь ее за манаты, то есть за местную валюту. А ее ни в одном банке мира никто тебе не поменяет на доллары. У тебя будет хренова туча этих манатов, с которыми ты не сможешь ничего сделать.

Была ли Вам полезна статья?
3
0
Комментарии:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Читайте на эту же тему
Продбезопасность Центральной Азии: истощение — в Таджикистане, ожирение — в Казахстане
12 фактов о туркменских ахалтекинцах — лошадях за $1 миллион
Белый, зеленый, золотой. Президент Туркменистана подбирает велосипеды в тон к спортивке. Фото
В Туркменистане бюджетников заставляют ликвидировать последствия соляной бури
Последние публикации
Грецкие орехи родом из Кыргызстана. Правда или миф?
4 комментария
Самые громкие свадьбы Центральной Азии — 2018
Как казахи и уйгуры в Китае работают на заводах в качестве политического перевоспитания
Что такое казахский жуз и какие племена туда входят?